╔════════════════──────────────────────────────════════════════╗
│ ФЭНТЕЗИ. │
╚════════════════──────────────────────────────════════════════╝
(C) RINDEX
А вот и новый раздел. Здесь будут разные фантастические рас-
сказы. Конечно мы не будем печатать один рассказ на 50 номеров
газеты, рассказы будут небольшими, но интересными. Ну, а против-
ники фантастики могут спокойно пропустить этот раздел. Мы никому
не навязываем читать этот рассказ.
----------------------------------------------------------------
(R) PREDATOR
Айзек Азимов.
Человек, который никогда не лгал.
Когда Роджер Халстед появился на верхней ступеньке лестницы
в день встречи клуба Черных Вдовцов (а встречались они раз в ме-
сяц, регулярно), за столом уже сидели юрисконсульт по вопросам
патентов Авалон и писатель Рубин. Оба шумно приветствовали воше-
дшего.
Рубин сказал :
- Ты наконец дошел до той кондиции, когда можешь снова встреча-
ться со своими друзьями, а? - Он побежал навстречу Халстеду,
протягивая ему обе руки и широко улыбаясь. От этого его клокас-
тая, спутанная борода встала торчком. - Ты где же это проподал?
Почему не пришел на две встречи?
- Привет, Роджер, - произнес Джеффри Авалон, сияя улыбкой с вы-
сотысвоего роста.
Халстед скинул пальто.
- Ну и холодина на улице ! Генри,принеси-ка ...
Генри, единственный официант, которого допускают к себе Вдов-
цы, уже протягивал ему бокал:
- Рад видеть вас вновь, сэр.
Халстед взял бокал, благодарно кивнув головой.
- Кто сказал, что нельзя дважды войти в одну реку? А вы знаете,
что я надумал?
- Решили бросить математику и начать честную жизнь? - спросил
Рубин.
Халстед вздохнул:
- Преподование математики в младших классах средней школы - это
один из самых честных способов зарабатывать деньги. Потому-то и
платят за эту работу так мало.
- В таком случае, - произнес Авалон, слегка раскачивая бокалом
из стороны в сторону, - труд свободного писателя - дело бесчест-
ное, чистый рэкет?
- Ничего подобного! - запротестовал свободный писатель Рубин,
мгновенно приходя в ярость.
- Так чем же ты надумал заняться, Роджер? - спросил Авалон.
- Я решил осуществить грандиозный проект, мечту моей жизни, -
ответил Халстед. Над его бровями белым купалом вздымался крутой
лоб без малейших следов волос, которые еще десять лет назад,воз-
можно, обнаружить бы удалось. Впрочем густая растительность и
сейчас покрывала его виски и затылок. - Итак, я собираюсь напи-
сать "Иллиаду" и "Одиссею", но в форме лимериков (*). Каждой из
сорока восьми глав этих двух книг будет соответствовать один
стишок.
Авалон кивнул головой:
- И что, уже есть результаты?
- До сих пор я бился над песнью первой "Илиады". Вот что у меня
вышло :
Агамемнон и храбрый Ахилл
Как-то спорили что было сил.
Царь держал себя грубо.
Возмущенный сугубо,
С ним Ахилл этикет позабыл.
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
* - Традиционная, известная с давних времен форма английской
поэзии.
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
- Недурно, - сказал Авалон. - Даже очень недурно. Лимерик прак-
тически полностью передает суть и основное содержание песни.
Правда, имя героя "Илиады" - Ахиллес, а не Ахилл. Точнее, даже..
- Такое произношение приведет к нарушению метра и рифмы в сти-
хотворении, - возразил Халстед.
- Верно, - сказал Рубин. - Читатель наверняка решит, что две
лишние буквы - опечатка, и ничего, помимо этого, из произведения
не вынесет.
На лестнице возник запыхавшийся от быстрой ходьбы Марио Гон-
сало, профессиональный художник. На этой встрече ему предстояло
быть хозяином.
- Кто-нибудь еще пришел?
- Кроме нас, стариков, никого, - ответил Авалон.
- Тот человек, которого я пригласил, вот-вот появится. Весьма
любопытная личность. Он должен понравиться нашему Генри, ибо ни-
когда в своей жизни не лгал.
Генри поднял одну бровь, достовая бокал для Марио.
- Только не надо уверять меня в том, что ты пригласил сюда дух
самого Джорджа Вашингтона, - сказал Халстед.
- Роджер?! Очень приятно видеть тебя опять. Кстати! Джима Дре-
ика с нами сегодня не будет. Он вернул пригласительную карточку.
Сообщил, что у него какое-то семейное торжество и он должен там
непременно присутсрвовать. А моего гостя зовут Сэнд, Джон Сэнд.
Я знаю его довольно давно, хотя не очень близко.Чокнутый парень.
Помешан на скачках и всегда режет чистую правду. Я сам слышал,
как он это делает. Кажется, его добродетели на этом и заканчива-
ются. - Гонсало моргнул.
Авалон согласно закивал головой:
- Да, это настоящая заслуга, Однако, когда становишься старше..
- Уверен, нынешнее наше заседание будет интересным, - быстро
добавил Гонсало с ясной целью предотвратить очередное простран-
ное рассуждение Авалона. - А я рассказал ему о нашем клубе, о
том , что в последние два раза перед нами тоже стояли весьма не-
простые головоломки...
- Головоломки? - воскликнул Халстед с внезапно проснувшимся лю-
бопытством.
- Ты член клуба и занимаешся в нем далеко не последнее положе-
ние, поэтому имеешь право быть в курсе. Но пускай лучше Генри
все тебе расскажет. В обоих случаях главной фигурой оказался
именно он.
- Генри? - Халстед оглянулся через плечо, не скрывая легкого
удивления. - Они и тебя вовлекли в свои идиотские игры?
- Уверяю вас, мистер Халстед, я сопротивлялся, - ответил Генри.
- Он сопротивлялся! - не выдержал Рубин. - Да Генри на прошлых
двух заседаниях показал себя истинным Холмсом! Он...
- Важно другое, - сказал Авалон. - Ты, Марио, мог выболтать ли-
шнее. Что ты рассказал о нас своему приятелю?
- Как понять твои слова - << мог выболтать лишнее >> ? Я не
Мэнни Рубит, тебе это известно? Я осторожно намекнул Сэнду, что
мы - как священники в исповедальне. Мы все как один, держимся
вместе, когда речь идет о тайнах. А он заявил, что хочет прийти
к нам, потому что попал в беду и с ума сходит от безвыходности
положения. Я ответил, что он может поприсутствовать на ближайшей
встречи Вдовцов, посколько мне предстоит быть на ней хозяином и
я вправе пригласить одного человека. Да вот он и сам!
По ступенькам поднимался стройный мужчина с толстым шарфом,
обмотанным вокруг шеи. Стройность его фигуры стала еще более
очевидной, когда он снял пальто. Под шарфом оказался кроваво-
красный галстук, который словно светился, бросая багряные отбле-
ски на худое, необычайно бледное лицо этого человека. На вид ему
было лет тридцать.
- Джон Сэнд, - произнес Марио, манерно представляя незнакомца.
Ему однако, пришлось прирваться: на лестнице послышалась тя-
желая поступь Томаса Трамбелла, специалиста по уголовному пра-
ву. Через секунду раздался его громкий возглас:
- Генри! Виски с содовой для человека при смерти!
- Том, - Обратился к нему Рубин, - если бы ты не прилагал такое
количество усилий, чтобы непременно опаздывать на каждое заседа-
ние, то ты наверняка пришел бы сегодня чуть раньше.
- Чем позже я прихожу, - пароривал Трамбелл, - тем меньше я
слышу твоих глупых замечаний. Ход твоих мыслей никогда не прини-
мал такого направления?
Когда наконец гостю был представлен и Трамбелл, все уселись
по своим местам.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.
----------------------------------------------------------------
