________________________________________________________________
СЕКСУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ
1. Алеша
На восьмой день похода я понял, что дальше идти не могу. Нес-
мотря на все заботы ребят группы, грипп делал свое черное дело,
лыжи казались пудовыми, жар обжигал меня, температура была тре-
тий день 38-39. Я все больше отставал, а партия геологов, с ко-
торой мы, закончив поздно осенью полевой сезон, возвращалась в
поселок на базу и не могла ждать. Дороги все больше ухудшались,
снежный покров был очень глубок, лошади по брюхо проваливались
в снег, неся вьюки с образцами и нашими вещами. Тягач-вездеход,
механиком-водителем которого я был по совместительству, заодно
выполнял и другие обязанности по механической части, остался за-
консервированным до весны на полевой базе. Нести меня на руках
было некому, все и так были перегружены сверх нормы, поэтому на
ближайшем привале состоялся совет, как быть со мной. Станция не
возражала принять больного на несколько дней, кроме того через
несколько дней к ним должен был прилететь вертолет с припасами,
что значительно облегчало мой дальнейший путь до базы.
Зная, что по целине 15 км туда и обратно отнимут у сопровож-
дающих целый день, я решительно отказался от них, встал на лыжи,
набросил на спину рюкзак с минимумом необходимого и двинулся в
путь под сомнительными взглядами друзей, которые, уже стоя на
лыжах, кричали мне, что к вечеру свяжутся с метеостанцией и уз-
нают, как я дошел.
Чувствовал я себя, по правде сказать, плохо: голова болела,
глаза слезились, я через силу заставлял двигаться ослабевшие но-
ги. Был полдень, и я надеялся еще засветло добраться до станции.
Сверившись с картой и компасом, я пошел на отдаленную вершину
холма, за которым должна была протекать маленькая речка, а затем
лесок, а за лесом километров в полутора и станция.
Как я добрался до речки, рассказывать, наверное, не надо:
каждый болел гриппом и знает, как в таком состоянии хочется
лечь, отогреться и никуда не двигаться. Хотелось лечь в снег,
плюнуть на все и поспать. И только мысли о друзьях, о их пережи-
ваниях о моем здоровьи заставили меня встать после очередного
отдыха и двигаться дальше. Вот наконец-то и речка: я не съехал,
а сполз с обрыва в пушистый снег, долго искал соскочившую лыжу,
а потом напролом потащился по глубокому снегу к лесу. Беда подс-
терегает неожиданно. До леса оставалось метров 10 , когда снег
подо мной осел, и я оказался по пояс в воде. Под снегом была по-
лынья, и меня угораздило провалиться в нее. Нырять в воду и отс-
тегивать лыжи мне, естественно, не хотелось.
..............
Дыша воздухом и чувствуя, что в первый раз достаточно, я вер-
нулся в дом. Он состоял из трех комнат и маленькой кухни. В од-
ной комнате помещался я, в другой, очевидно, помещался персонал
, а самая большая была аппаратной. Там стояла радиостанция , са-
мописцы и еще какие-то приборы, мало понятные мне. Вид радиос-
танции сразу напомнил мне о моей партии.
"Девушки, - позвал я. Из комнаты вышла высокая блондинка ,
одетая в светло-серый костюм джерси , который выгодно подчерки-
вал ее великолепно развитые формы.
"Скажите, пожалуйста , где я могу видеть начальника станции ,
и не знаете ли Вы передана ли ему радиограмма в партию , что я
благополучно добрался?". Блондинка улыбнулась и сказала , что
радиограмма передана , а начальника станции Наталью Васильевну
Кузнецову я вижу перед собой.
"А это, -она указала на стоящую в дверях девушку, -мой первый
и единственный заместитель Лия Владимировна Волина. А про вас
мы уже знаем: Вы инженер-механик геологической экспедиции Снежин
Алексей. . . " она на мгновение запнулась, "Иванович, -" подска-
зал я.
2. Наташа.
Мы с Лией подруги с самого детства. Жили в одном доме, учились
в одном институте, до 4 курса были неразлучны: вместе на лек-
циях, вместе на танцах , вместе готовились к экзаменам. В конце
4 курса я вышла замуж за аспиранта Володю , который вел у нас
практические занятия. После этого мы стали встречаться реже: я
занималась устройством своего домашнего гнезда, постигала азы
семейной жизни , наслаждалась новыми для меня ощущениями и
чувством физической близости с мужчиной. Я любила Володю , мы
были молоды и здоровы , и после непродолжительного периода про-
буждения и чувств (до замужества я была девушкой) , самозабвенно
отдавалась проснувшейся во мне страсти к любовным утехам. Володя
был опытнее меня , хотя он мне никогда не говорил , я догадыва-
лась , что до меня у него были женщины. Но прошлое его меня не
тревожило: я наслаждалась настоящим. До замужества я была в аб-
солютном неведении относительно интимной стороны семейной жизни.
Т. е. я теоретически знала , что происходит между мужем и женой
в постели, да и подружки хвастовства ради рассказывали иногда
отдельные эпизоды своих похождений, но я им не верила , думала
, что они нарочно сочиняют , чтобы приукрасить фактическую про-
зу половых отношений. Я много занималась спортом, всегда была в
гуще подруг и друзей, и требования пола ощущала слабо.
Только в последние полгода до замужества , когда мои отношения
с Володей перешли от поцелуев к более интимным ласкам , по ночам
я чувствовала томление и мысленно пыталась представить себе ,
как все это будет. Одно время меня мучил вопрос , как я буду на-
зывать свою . . . и его . . . и какими словами он мне скажет о
своем желании меня пороть.
В действительности все оказалось проще , и слов для обозначе-
ния наших действий не требовалось. Чувство острого любопытства
после первого раза сменилось чувством легкого разочарования. Мне
было немного больно , стыдно , и все произошло так быстро , что
я даже не успела до конца ощутить , что это. Когда Володя ощутил
на пальцах мою кровь , он целовал меня , говорил всякие глупые
слова , но от попыток воспользоваться своим супружеским правом в
эту ночь благоразумно отказался.
В течение 3-4 недель я не испытывала особого удовольствия ,
считая просто, что так и надо. Я устраивала свое семейное гнездо
, делала покупки , гордилась своим положением замужней женщины
среди подруг-сокурсниц и вообще была довольна семейной жизнью.
Но постепенно я начала получать удовольствие от посещений "дру-
гом" "моего домика". "Друг дома" , -так мы стали называть его
ЧЛЕН , хотя для остроты ощущений называли вещи своими именами ,
но это пришло позднее , и почти всем словам меня научил Володя.
Ему нравилось, когда я прямо прошу, чего я хочу.
Сначала я просто лежала под Володей , но постепенно с его по-
мощью освоила и другие позы. Мне особенно нравилось лежать спи-
ной на высоком валике дивана: Володя стоял на полу и держал меня
за ноги, придавая им различные положения. В некоторые моменты
мне было немножко больно от глубоко погружавшейся головки его
ЧЛЕНА , но это была сладкая боль , и я терпела , иногда даже на-
рочно делала так , чтобы ее почувствовать.
Правда, некоторые желания Володи я тогда не понимала и уклоня-
лась от них так , я стеснялась заниматься этим при свете , и ,
вообще показываться при Володе голой. Не понимала я его желания
целовать мою ЩЕЛЬ я всегда прикрывала ее, подставляя под поцелуи
руки. Теперь - то став опытнее в этих делах , я понимаю , почему
Володя оставался при этом недовольным - он рассчитывал на ответ-
ную ласку, а я этого не понимала , а просить прямо меня об этом
он не решался. Я была воспитана в этом отношении в строгих пра-
вилах и даже не могла себе представить в то время , что между
мужчиной и женщиной бывают какие-то другие способы удовлетворе-
ния страсти , кроме обычных. Вообще была наивной дурой , в чем
жизнь меня быстро и просветила. Не понимала я и Володиного жела-
ния сфотографироваться во время его "посещений". Он приносил
несколько раз фотографии, но я не верила, что изображеннное на
них может доставить удовольствие и наслаждение мужчине или жен-
щине. Считала, что это нарочно позируют для возбуждения чувств у
тех , кто это будет рассматривать.
Володя даже увлекался коллекционированием подобных карточек и
старался быстрее загнать меня в кровать. Меня же больше устраи-
вало в то время чувствовать в моей ЩЕЛИ ЧЛЕН своего мужа , чем
рассматривать , как это делают другие. Очевидно, Володя полнос-
тью удовлетворял меня тогда, как женщину; я была "сыта".
Когда у меня возникало желание ощутить в себе движение его
ЧЛЕНА, он всегда шел мне навстречу и даже с избытком. Детей , до
окончания мной института, мы не хотели иметь , и поэтому предох-
ранялись , чаще резинкой, а иногда Володе (да и мне) она надое-
дала , мы просто прерывали все в последнюю секунду так , что СЕ-
МЯ оставалось на простыне или бедрах и животе. Володя вытирал
меня своими или моими трусиками , и они довольно часто были в
пятнах. Когда Володя преждевременно прерывался , мне всегда было
его жалко , так как он не испытывал наслаждение до конца. А я в
то время не знала, как ему помочь. А ведь это было совсем просто
, только узнала я об этом позднее.
После сдачи госэкзаменов я должна была уехать с партией на
преддипломную практику. Тепло распрощавшись с Володей , - он в
этот день как раз собрался куда-то уходить, я пошла на вокзал ,
где нас должен был встречать староста группы с билетами. К моей
радости, он достал билеты только на завтра , и мы всей группой
отправились по домам. Я не стала звонить и открыла дверь своим
ключом , вошла в коридор. У нас с Володей была отдельная одно-
комнатная квартира. Я поставила чемодан и стала снимать пальто.
Как вдруг услышала в комнате голоса. Сначала я подумала , что
это говорит радио, но потом услышала голос Володи. Желая его об-
радовать тем, что судьба подарила нам возможность провести еще
один день вместе , я быстро вошла в комнату и ...
Поперек дивана, совершенно голая, на спине лежала секретарша
нашего ректора Райка. Ноги ее были подняты, согнуты в коленях и
широко раздвинуты. Володя, полураздетый, стоял перед ней на ко-
ленях и, положив руки на ее бедра, жадно целовал Райкину ЩЕЛЬ,
глаза Райки были закрыты, на щеках горел румянец , руками она
страстно прижимала курчавую Володькину голову к своему "домику".
В такт поцелуям Райка быстро шептала: "Еще, еще, а потом я те-
бя".
Пальто соскользнуло у меня с плеча и с мягким шумом упало на
пол. Райка открыла глаза и с недоумением посмотрела на меня. На
лице ее быстро сменились выражения растерянности и испуга. Одной
рукой она отталкивала Володькину голову , а другой пыталась наб-
росить на себя валявшуюся рядом комбинацию. Комбинация была
скомкана и из попыток Райки прикрыться ничего не получалось. Во-
лодя почувтвовал что - то неладное , повернул голову в мою сто-
рону. Губы, щеки и нос его были влажными , глаза расстеряно
блуждали , переходя с меня на обнаженную Райку. Он вскочил на
ноги и очевидно не знал что делать в создавшейся ситуации глупо
спросил меня: "Ты уже вернулась?". Я тоже была совершенно расс-
теряна и не знала что делать. Чувство гнева, стыда и оскорблен-
ного самолюбия переполняли меня. Члаза мои наполнились слезами,
я уже ничего не видела , совершенно машинально подняла пальто ,
повернулась , открыла двери и вышла на улицу. Ноги несли меня
прочь, потом подвернулась какая-то лавочка. Я села на нее и не-
которое время сидела без мыслей в голове , уставившись глазами в
даль. Поспепенно я начала успокаиваться и думать , как быть
дальше. Будующее мне представлялось безрадостным , личная жизнь
казалась окончательно разрушенной. Затем более земные мысли за-
няли мое внимание. Нужно було подумать о ночлеге , о возвращении
домой мысли у меня даже не возникали. Я вспомнила о своей подру-
ге Лие и решила зайти к ней. Документы и деньги, к счастью, ока-
зались у меня с собой , а о чемодане с вещами я как - то в это
время не думала. Когда я позвонила у квартиры Лии , я только
тогда вспомнила , что она не приходила на вокзал , хотя должна
была ехать с нами.
Дверь мне открыла мать Лии , Антонина Ивановна. Я давно с ней
не виделась, но , зная ее гостепреимство, не сомневалась, что
она с радастью резрешит переночевать у них. Я рано потеряла
мать. Отец , в свое время , бросил нас. И Антонина Ивановна, в
какой то степени , заменила мне ее , особенно когда я училась в
школе и жила у тетки. "Наташенька, как хорошо, что ты пришла" -
сказала она мне. "Ты так нужна Лие, она только сегодня говорила
о тебе , но мы думали , что ты уехала. " Я ничего не понимая ,
что могло произойти с Лией , прошла в ее комнату. Лия лежала на
кровате лицом вниз, но она сразу вскочила , как только услышала
мой голос. "Мама, выйди , мне надо поговорить с Наташей". Анто-
нина Ивановна , тревожна посмотрела на нас , вышла и закрыла
дверь. Как только дверь за матерью закрылась , Лия бросилась мне
на грудь и разрыдалась. "Лия , ну перестань , успокойся, что
случилось?" "Наташа , - сквозь слезы говорила она , - что мне
делать, как жить дальше?" "Да успокойся наконец, сядь сюда и
расскажи , что случилось?". Я как могла успокоила ее.
"Я, Наташенька , совершила непоправимую ошибку , для меня все
кончилось." "Что кончилось?" "Все кончилось". "Жизнь кончилась,
счастье кончилось". Она опять раплакалась. "Лия , я ничего не
понимаю , ты можешь толком рассказать , что - же все - таки
произошло?"
"Наташа , я больше не девушка. Ты же знаешь Витьку Вороно-
ва?". Я кивнула. "Витька - подлец, воспользовался тем, что на
прощальной вечеринке у него мы выпили больше , чем надо , тем ,
что я к нему хорошо относилась. Когда все расходились , он за-
держал меня , предложил выпить еще на прощанье , стал лесть ко
мне со своими лапами , я плохо уже соображала , что он делает.
Повалил меня на кровать , и я даже не могу сказать , что он меня
изнасиловал , а просто ничего уже не соображала и не сопротивля-
лась. Очнулась, когда все кончилось, он гладил меня , бормотал
какие - то извинения. Ненавижу его похотливую, сальную рожу.
Господи, и такому слизняку досталась моя девственность! Наташа ,
как же мне быть дальше , что я теперь буду делать? Я не могу
ходить по улицам , показываться на людях , мне кажется, что все
смотрят на меня и видят , что я уже не девушка , что меня трога-
ли потные грязные руки. Если бы ты видела этого гада , когда он
раздет. Меня до сих пор тошнит , как только я вспоминаю это". Я
как могла успакоила Лию , хотя сама не меньше ее нуждалась в
утешении. Всю ночь мы прошептались в темноте , лежа на одной
кравати , строя будущие планы и делясь взаимными обидами. Моя
история потрясла Лию , со жгучим любопытством она выспрашивала у
меня подробности. К утру было выработано решение кончив институт
вместе завербоваться на какую - нибудь отдаленную метеостанцию
и постараться обходить мужчин стороной.
3. Лия.
Мужчина был очень тяжел , мы с Наташей с трудом втащили его в
аппаратную. Он весь обледенел. Мы стащили с него верхнюю одежду,
рубашку, трико и перенесли на Наташину кровать. Наташа взяла
шерстяной шарф , намочила спиртом и велела мне растирать его ,
сама стала греть воду и возиться с аптечкой. Я растерянно смот-
рела на распростертого передо мной богатыря , заросшего густой
рыжеватой бородой и не знала с чего начать. Видя мою растерян-
ность, Наташа подошла , решительным движением сняла с пострадав-
шего мокрые трусы , вместо них набросила полотенце и показала,
как надо растирать , обратив внимание на ноги и правую руку,
пальцы на которых совсем побелели. Я энергично принялась за дело
и через несколько минут пальцы уже не были белыми, а тело поро-
зовело. От моих резких движенй полотенце несколько сдвинулось, я
поправляла его, стараясь не смотреть , что там под ним , но гла-
за мои невольно время от времени останавливолись на полотенце и
перед моими глазами вставала картина, которую я видела всего
несколько мгновений , пока Наташа не накинула полотенце. Мужчина
что - то проговорил и открыл глаза. Я закутала его нашим одеялом
и Наташиной шубой. Наташа стала поить его лекарственным чаем, а
мне велела выходить на связь поздно вечером, по кончив наконец
со всеми хлопотами , мы улеглись в моей комнате на кравати.
Взволнованная происшедшим, я никак не могла уснуть. В памяти
всиовали различные картины , навеянные видом обнаженного мужско-
го тела.
Наше решение с Наташей избегать общения с мужчинами я перено-
сила довольно легко , Наташе же приходилось труднее. За год суп-
ружеской жизни она привыкла регулярно удовлетворять свою
страсть, а здесь, на отдаленной метеостанции, где мы долгое вре-
мя остовались одни, она томилась, часто была без причины раздра-
жена , плохо спала. Однажды непогода загнала к нам на станцию
туристов. Они переночевали у нас в аппаратной и на следующий
день ушли дальше. После них мы обнаружили оставленный ими датс-
кий журнал и три вложенных в него фотографии. Журнал, конечно,
был оставлен не случайно, а преднамерено, дабы вогнать в смуще-
ние двух одиноких девиц. Наташа рассматривала картинки с опреде-
ленным пониманием дела. Для меня же каждая картинка была откро-
вением. Когда мы это рассматривали, мы краснели и бледнели, сму-
щенно переглядывались и старались побыстрее перевернуть наиболее
откровенную страницу , а потом острое волнующее любопытство сно-
ва заставляло нас вернуться к ней. Фотографии в журнале были вы-
полнены с большим знанием дела и определенным вкусом. Весь жур-
нал был посвящен двум женщинам , удовлетворяющим друг друга без
посредства мужчин, ну, прямо для нас с Наташей.
Фотографии были совсем другого рода. На одной из них на спине,
ногами к объективу, лежал обнаженный мужчина. Ноги его были
стиснуты, все тело напряжено , половой ЧЛЕН (никак не могу при-
выкнуть к Наташиной терминологии), стоящий вертикально до поло-
вины был погружен во влагалище женщины , сидящей на корточках.
Ноги ее были широко раздвинуты. Из всей одежды на ней были толь-
ко чулки , прикрепленные к узкому пояску. Правой рукой она нап-
равляла ЧЛЕН в себя , на лице ее была улыбка.
На другой была изображена женщина на четвереньках , на каком--
то возвышении. Сзади нее стоял мужчина и вводил свой ЧЛЕН между
ее ягодицами. Я сначала была удивлена, разве можно и в то от-
верстие , но Наташа просветила меня, что в такой позе удобно
вводить ЧЛЕН именно туда, куда надо. Девушка была очень миловид-
ной , и с каким-то трогательно-неопределенным выражением смотре-
ла на стоящего сзади нее мужчину, сложением чем - то напоминаю-
щим нашего незнакомца.
Третья фотография окончательно вогнала меня в краску. На ковре
лежала женщина , на ней, лицом к ее ногам на четвереньках мужчи-
на. Губами он прильнул к лону женщины , а головка его ЧЛЕНА была
у нее во рту. Выражение неописуемой страсти было у них на лицах.
Наташа сказала, что почти подобная картина ей знакома. Я поняла,
на что она намекает и пристала к ней с распросами , рассказать
подробности. Рассказ ее произвел на меня двойственное впечатле-
ние: с одной стороны подобные действия казались странными , с
другой вызывали острое любопытство и желание самой испытать
это.
В этот день мы долго рассуждали о взаимоотношениях мужчин и
женщин , я теоретически, а Наташа с учетом практического опыта.
Поздно разошлись мы по своим комнатам. Я лежала в темноте с отк-
рытыми глазами , пикантные картинки проходили передо мной. Мыс-
ленно я ставила себя на место тех женщин. Между ног стало мокро,
я встала, сняла трусики, чтобы не испачкать. В этот момент отк-
рылась дверь и со свечой в руках вошла Наташа.
"Лия , разреши мне полежать с тобой, я никак не могу уснуть,
а одной тоскливо. "Я подвинулась, освободив место Наташе , обня-
ла и поцеловала ее. На своих я ощутила Наташины слезы. "Наташа
, что с тобой?" "Лия , я больше не могу, если я себя как-нибудь
не успокою , то сойду с ума. " "Что же делать , Наташенька?"
"Дай мне твою руку. Вот потрогай. Моя рука скользнула между ее
ног , я провела пальцем и не ощутила никакого сопротивления.
Там было скользко , раскрыто и горячо. Наташа всхлипнула:" Еще,
еще, Лия!"
Я стала гладить губки пальцем , слегка погружая его во влажную
поддатливую глубину. Тело Наташи напряглось в такт моим движе-
ниям, оно как бы стремилось на встречу мои ему пальцу." Лия,
поглубже ," -прошептала Наташа. Я вся горела, чувствовала, как
соски моих напрягшихся грудей трутся о сорочку. Это меня раздра-
жало. Я сбросила ее с себя и осталась совсем голой. Грудь у меня
щемило , кровь стучала в висках , рука стала совсем мокрой , от
нее исходил острый волнующий запах. Я скользнула вниз, к Наташи-
ным бедрам, жадно вдувая ноздри , с наслаждением впитывала в се-
бя этот ни с чем не сравнимый аромат. Руками я охватила левую
грудь и стала водить соском у Наташи между ног. Острый сосок
иногда выскальзывал задевая жесткие , курчавые волоски, достав-
ляя мне дополнительное удовольствие. Наташино тело вздрагивало.
Руки ее судорожно комкали горячую простыню. "Лия, хватит , а то
я сейчас на стену бросаться буду. "
Она встала, нащупала спички и зажгла свечу. Несколько мгнове-
ний остановившимися глазами она смотрела на нее и, вдруг пога-
сив, сунула мне в руку. На меня снизошло озарение, я сразу поня-
ла , что хочет делать со свечой Наташа. Откусив фитилек и , при-
дав еще теплому воску полукруглую форму , я нащупала вход во
влагалище Наташи и осторожно ввела туда конец свечи. Я стала ос-
торожно двигать ее там.
" Поглубже. "-попросила Наташа. Свеча ушла больше , чем напо-
ловину и встретила легкое сопротивление. Наташа счастливо засто-
нала.
"Еще так, Лия. "
Я стала двигать быстрее, еще быстрее, так, что движения свечи
превратились в судорожную вибрацию. Наташа вздохнула , тело ее
расслабилось , я прекратила двигать свечу.
"Подожди, не вынимай," -голос Наташи был чуть слышен. Прошло
несколько минут тишины, нарушаемой только нашим учащенным дыха-
нием. Потом я услышала чмокающий звук извлекаемой свечи. Наташа
села на кровати и стала осыпать меня поцелуями.
"Хочешь, я тебе сделаю также?" -сказала она , проведя рукой
по моему животу и потрепав за шерстку. Но у меня не было уже
сил, возбуждение прошло , я чувствовала себя опустошенной. Мы
улеглись и скоро спали глубоким сном.
Наташа проснулась и разбудила меня. Я сразу вспомнила, чем мы
занимались ночью. Наташа почувствовала мое смущение и сказала:"
Вставай, дурочка!" Целый день я вспоминала о том, что было у
нас ночью, думала о будущих вечерах и довела себя до такого сос-
тояния, что Наташа все поняла, тщательно вымылась, в общем, при-
готовилась, как невеста к первой брачной ночи.
Я первая ушла в свою комнату. Наташа возилась со своей рацией,
передавая последнюю сводку. Я лихорадочно ждала, представляя,
как это будет, и, что я буду при этом чувствовать. Наташа поста-
ралась побыстрее управиться и со свечой в руках вошла в мою ком-
нату.
"Наташа, только не надо при свете."
"Глупышка," -сказала она и погасила свечу. Руки Наташи нащупа-
ли мое тело , она несколько раз поцеловала меня, проводя теп-
леньким языком по губам и деснам, я еще так целоваться не умела.
Погладив меня через сорочку, она сдвинула бретельки и сдвинула
их до пояса. Горячими руками она стала гладить мои груди (груди
моя гордость, они высокие, крепкие и всегда останавливали на се-
бе взгляды мужчин). От Наташиных ласк у меня внутри все трепета-
ло. Потянув, она сняла сорочку. Я ждала, что будет дальше. Руки
Наташи ласкали мое тело, касаясь самых интимных его уголков. Гу-
бами она захватила мой сосок, теребила его и иногда легонько по-
кусывала. Потом губы ее перешли на другую грудь, живот, бедра и
продолжали медленно бродить по телу. Мне было очень приятно. На-
таша опустилась перед кроватью на колени; я инстинктивно попыта-
лась сдвинуть ноги , но Наташина голова не давала мне сделать
это. Она поставила мои ступни себе на плечи , и губы ее и мои
(только не рта) слились вместе. Теплый язычок Наташи заскользил,
остренько вонзаясь в жаждущую глубину. Ласка была ни с чем не
сравнимая, щекотание языка отзывалось во всем теле, что-то под-
катывалось к горлу, как-будто какая-то горячая линия соединяла
Наташин язычок с моим сердцем. Я замерла, боясь какимнибудь
неосторжным движением разрушить ощущение блаженства.
"Лиечка, а ты кисленькая. Ах, ты моя конфетка!" -проговорила
Наташа, на мгновение отрываясь от меня. Поцелуи продолжались ,
я уже не могла лежать спокойно , ноги судорожно сжимались, мешая
ей. Наконец она от меня оторвалась и села рядом. Наташа шарила
по полу. "Холодная, "-прошептала она и вдруг засмеялась. "Сейчас
я ее согрею." Она протянула свою руку к моим бедрам и я поняла,
где она согреет свечу. Наташа заставила меня лечь на бок и при-
жать ноги к груди. Я ждала, и вот скользкий конец свечи скольз-
нул внутрь меня. Свеча двигалась, но ожидаемого удовольствия
почему-то не доставляла. Она твердая и неподатливая и больно во
что-то упиралась. По напрягшемуся телу Наташа поняла , что мне
больно. Я сделала движение и освободилась от свечи.
"Миленькая, -сказала Наташа, -ты еще не проснулась для этого,
бедненькая моя, один раз в пьяном виде, что было у тебя с
Витькой, можно несчитать. Ну, ничего, я тебе попробую помочь
по-другому."
Она опять стала меня целовать и гладить, когда почувствовала,
что у меня опять между ног мокро , ввела туда палец. Палец нежно
касался разных уголков внутри меня, был гибким и понимающим. На-
таша время от времени спрашивала: "Так хорошо?" - и, получив ут-
вердительный ответ , продолжала. Снова теплая волна прошла по
мему телу, бедра мои то разжимались, то сжимались и вдруг что-то
теплое , как мне показалось , потекло у меня внутри живота ,
сладкая судорога прошла по всему телу, я вскрикнула и застонала.
Обессиленная и пустая , я распростерлась на кровати. Наташа ук-
рыла меня одеялом и через мунуту я спала.
Продолжение повести в следующем номере.
________________________________________________________________
Телефон редакции: (017) 249-89-60 Сергей
Адрес редакции: 220085 г.Минск пр.Рокоссовского д.85 кв.187
Интернетовские адреса:
paul.pavlov@usa.net с пометкой
zxnet.by@iname.com EROTIC!
________________________________________________________________
Other articles:
